Георгий КОЛОВОРОТНЫЙ: «МЫ НЕСЁМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА БЕЗОПАСНОСТЬ ГРАЖДАН»

В лихие 90-е годы в нашем районе было неспокойно, как и в любом другом населённом пункте России. Десятилетие с момента распада СССР вошло в историю беспрецедентным разгулом криминала. Рэкет, организованные преступные группировки, заказные убийства гремели по всей стране. И правоохранительным органам в те времена было крайне тяжело всему этому противостоять. 

Заместитель начальника по оперативной работе подполковник Георгий Коловоротный служит в уярской полиции с 1994 года. А начинал он свою деятельность сотрудником отдела по борьбе с экономическими преступлениями.

– Отдел в то время возглавлял Валерий Николаевич Прищепко, – говорит Георгий Валерьевич. – Кроме него, в отделе работали ещё три человека: я, Стахович и Никитин. В течение последующих двух лет Стахович и Никитин уволились. На их место пришли Бочаров и Хворов. Много лет мы работали вместе, выявляя экономические преступления. Тогда уярские мясокомбинат и молокозавод были государственными, и из них незаконно фурами вывозились мясо, масло, сметана и другие продукты. А мы расхитителей ловили. Ночами сидели в засадах, вели учёт машин, отслеживали, кто и на чём заезжает и выезжает с территорий маслозавода и мясокомбината. Потом делали встречные проверки. Например, по документам было отправлено две машины, а мы фиксировали – три. Значит, одна машина ушла «налево». Времена были тяжёлые. Случалось, ловили на хищениях даже поваров в школах. Вместо нормальной порции в 400 граммов они на обед детям выдавали граммов 200 – в два раза меньше! Повара тащили домой еду, чтобы прокормить свои семьи. Вроде бы их было жалко, но ведь при этом страдали другие дети. Процветало воровство в совхозах. В итоге недосчитывались коров, телят, поросят. Колхозники сдавали зерно на хлебоприёмное предприятие, но другие люди тут же, ночью, вывозили его и продавали. Отмечу, что директор ХПП был порядочный человек, а вот охранники приторговывали тем, что охраняли. За копейки продавали машины зерна. Мы ловили расхитителей, выслеживая их ночами. Это была сложная работа, но в то же время интересная. 

Многие директора и бухгалтеры в те времена активно занимались махинациями. А простые труженики по полгода не получали зарплату. Вроде продукция изготавливается, совхозы поставляют молоко, зерно собирается, а зарплату люди не видят. 

– Мы начинаем разбираться, и выясняется, что вся продукция распродавалась «налево», – говорит Георгий Валерьевич. – А кто-то потом начинал строить коттеджи. Мы выявляли такие преступления. Проверкой бухгалтерских отчётностей занимались ревизоры из ГУВД. А нашей задачей было отреагировать на жалобы людей, проверить информацию, вовремя изъять документацию, а ревизор уже официально проводил ревизию. Изъятие бухгалтерских документов проводили внезапно, зачастую в ночное время. 

В октябре 2008 года Георгий Коловоротный отправился в командировку в Чеченскую республику, в Шалинский район.

– В 2008 году в стране была упразднена служба УБОП – управление борьбы с организованной преступностью, – вспоминает Георгий Валерьевич. – Вместо его сотрудников подбирали оперативников из уголовного розыска, из отделов борьбы с экономическими преступлениями и направляли в подразделения к сотрудникам федеральной службы безопасности. В Чечне мы служили под их началом. Назывались такие группы СОГ – Сводная оперативная группа. Процентов 70 в них составляли сотрудники ФСБ, и около 30 процентов – сотрудники милиции (в полицию её переименовали позже). В СОГе я руководил милицейской группой, состоящей из четырёх человек. Ещё одной составляющей нашего СОГа была группа сотрудников ФСБ из 13 человек. Поддержку нашей группе оказывали силовые отряды быстрого реагирования из Волгограда или с Алтая. Они поддерживали нас, когда мы отправлялись на выезды. Нашей задачей было противодействовать терроризму и экстремизму. Работали мы в тесном взаимодействии с местными, чеченскими, правоохранителями. И, надо признать, они всегда были на передовой. Например, поступала информация, что боевики с гор приехали в населённый пункт, чтобы отсидеться в какой-нибудь квартире, запастись едой. И в первую очередь захватывали эту квартиру именно чеченские правоохранители. Нашей задачей было выявить посредников из числа местных – кто помогал боевикам. И это не всегда были родственники. Чаще всего, ими оказывались молодые глупые парни. Когда я там служил в 2008 году, наблюдал доброжелательное отношение простых чеченцев к российским солдатам и правоохранителям. Уже не было вражды, которая господствовала после завершения боевых действий в Чечне. Мы общались с местными жителями, и нас всегда приглашали за стол попить чаю. В то время уже началось интенсивное восстановление Чечни. Грозный прямо на глазах превращался в современный город. Повсеместно строилась инфраструктура. Возводилась мечеть «Сердце Чечни»…

Георгий Валерьевич признался, что за всё время службы в ОБЭП он не испытывал такого удовлетворения от работы, как в тот период, когда в 2010 году стал начальником уголовного розыска. Тогда почувствовал настоящую искреннюю благодарность от простых людей. 

– Был у нас случай: приехала в уярские леса за грибами семья из Красноярска, – говорит Георгий Валерьевич. – Муж, жена, двое маленьких детей, одному четыре года, другому – семь. Дети потерялись, родители до вечера искали их своими силами. Потом приехали к нам в шоковом состоянии, со слезами на глазах. Мы тут же организовали поисковую группу, собрали всех, кого смогли, – человек тридцать. Была осень, уже наступили холода. Мы искали по тайге до двух часов ночи, пока не разрядились все батарейки в фонариках. Как только начало светать, поиск возобновили. И утром нашли малышей, они сидели под ёлкой и тряслись от холода и страха. А когда мы вернули детей родителям, это было такое счастье! Кстати, у нас поиск заблудившихся грибников в летне-осенний сезон ведётся постоянно. Если за одни сутки не можем найти их своими силами, обращаемся в МЧС, к спасателям. Тогда уже область поисков расширяется. 

Бывают в Уяре бытовые убийства, как правило, в ходе пьяных ссор. К счастью, число их в последнее время уменьшилось. В 2014 году было семь убийств, в 2015 – одно. Число грабежей, например, когда отбирают телефоны, за последнее время уменьшилось на 17 %. А вот кражи увеличились на 25 %. В 2014 году было 159 краж, в 2015 – 199. Чаще всего они происходят в сельской местности, там, где есть дачные дома, которые закрываются на зиму. Хозяева оставляют в них инструменты, банки с овощами, старую технику. И люди, которым не хватает пропитания, но при этом они не хотят устраиваться на работу, залезают и грабят эти дачи.

– У нас очень дружный коллектив, – говорит Георгий Коловоротный. – Если где-то совершено преступление, в любое время суток все собираются и работают. Никто не жалуется. Хотя у всех есть семьи, личные дела. Если мы дружно берёмся за дело, с полной отдачей, то преступление раскрываем быстро. Все понимают, что мы несём ответственность за безопасность наших граждан. 

Ольга БЕЗГОДОВА

Комментариев нет:

Отправить комментарий