СИНДРОМ АМЕБЫ

Такого заболевания как «синдром амебы» не существует в официальной медицине. Но, как мне кажется, именно такое определение следует давать родителям, которым лень пошевелиться даже ради благополучия собственных детей.

В редакцию позвонила уярская пенсионерка Вера Овчинникова и рассказала, что ее родственникам, супругам Махотенко и их четверым ребятишкам, необходима помощь. Они в буквальном смысле слова - бедствуют.

После звонка Веры Григорьевны я вспомнила, что Махотенко мне знакомы благодаря рейдам по семьям, находящимся в социально опасном положении. Вместе с комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав я не раз бывала в неблагополучных семьях, в том числе и в этой. Помнится, года три назад у Махотенко случился пожар прямо на Новый год. К счастью, обошлось без жертв, а вот дом сгорел подчистую. Семейство перебралось в ветхий домишко, который принадлежит их родне.

В общем, мы договорились встретиться с Верой Овчинниковой в доме Махотенко, чтобы на месте разобраться, какая именно помощь требуется семейству. Кроме того, я связалась с секретарем комиссии по делам несовершеннолетних Еленой Самойловой, которая сразу же согласилась поехать вместе со мной.

Пока мы добирались до места, Елена Евгеньевна рассказала о том, что перед выездом она позвонила в Центр социальной помощи семье и детям «Уярский».

- Представители Центра были у Махотенко полторы недели назад, - говорит Елена Евгеньевна. – Специалисты сказали, что супруги ни на что не жаловались. В их доме было тепло, имелись продукты питания и т.д. Что же у них случилось?

У дома нас уже поджидала Вера Овчинникова. Минут пятнадцать мы втроем разговаривали на улице, тщетно пытаясь укрыть за воротниками лица, покрасневшие от студеного ветра.

- Я родственница этой семьи, - говорит Вера Григорьевна. – Два года назад я взяла к себе старшего сына Натальи и Андрея. Александру 14 лет, мне удалось устроить его в кадетский корпус и уже два года мальчик живет на государственном обеспечении. А вот его младшие братья и сестра остались с родителями. Наталья сидит дома с детьми, Андрей перебивается случайными заработками. На постоянную работу он не может устроиться из-за состояния здоровья – у него больная печень и только один глаз. Денег (детское пособие в сумме 750 рублей плюс копейки за редкую подработку) им едва хватает на еду. У детишек нет зимней обуви, не представляю, в чем они будут ходить в школу, когда похолодает. Кроме того, условия, в которых они живут – просто ужасные. Крыша дырявая, пальцем в нее ткни – развалится. Я сама живу на одну пенсию, покупаю вещи и продукты для Саши, когда он приезжает ко мне на каникулы. А на большее у меня нет денег.

- Но почему родители никуда не обращаются за помощью? – недоумевает Елена Самойлова. – Почему они не рассказали о своих затруднениях специалистам Центра семьи? Наталья Викторовна и Андрей Викторович вполне могли бы найти работу по силам. Но они, как я понимаю, по каким-то причинам не встают на учет на биржу труда. Почему?

- Только они сами могут ответить на эти вопросы, - разводит руками Вера Григорьевна.

Мы вошли в дом - маленький, с двумя тесными комнатушками и кухонькой. Внутри было тепло. Однако заметно, что хозяйка убирается в доме от случая к случаю, а стирает (судя по постельному белью) и того реже. Но, справедливости ради, скажу, что Махотенко не пьянствуют беспробудно и не привечают в доме собутыльников. Помню, как несколько лет назад сильно переживали супруги, как плакала Наталья, когда их ребятишек хотели поместить в приют «Гнездышко» на пару недель, чтобы оздоровить с помощью витаминов и усиленного питания. Тогда супруги боялись, что детей заберут навсегда. Но в остальном, как мне кажется, Наталья и Андрей Махотенко – люди с жизненной апатией, с тем самым «синдромом амебы», которые не станут чего-то добиваться и ради детей стремиться к улучшению жизни. Если бы не Вера Григорьевна, никто бы так и не узнал, что ребятишкам не в чем ходить зимой и про дырявую крышу.

- Почему вы никуда не обращались за помощью? – спросила я у Натальи Викторовны.

- А толку, - пожимает та плечами, - все равно никто ничем не поможет…

Что тут скажешь? Другие родители в такой ситуации уже бы все государственно-начальственные пороги оббили. Или, что еще действеннее, устроились бы работать – сторожить, мыть полы, да что угодно! Но, судя по всему, супруги не стремятся к каждодневному труду. Андрей Викторович во время нашего разговора больше отмалчивался. Сказал только, что как-то стоял на учете на бирже труда и даже некоторое время работал, но трудиться на постоянной основе ему не по силам.

Вера Овчинникова обратила внимание Елены Самойловой на состояние домика: щели между кривыми стенами и потолком, в углах подтеки из-за протекающей крыши… По мнению Веры Григорьевны, семье Махотенко, как погорельцам, полагается дать квартиру.

Елене Самойловой оставалось только удивляться:

- Если бы Махотенко занялись этим вопросом сразу после пожара, им бы уже выделили жилплощадь, - сказала Елена Евгеньевна. – Не новую квартиру, а, так сказать, вторичное жилье, Сейчас же, спустя несколько лет после случившегося, квартиру им никто не даст. Но мы посодействуем, чтобы семья получила материальную помощь на ремонт крыши, и поможем с одеждой и зимней обувью для ребятишек.

Дети Махотиных сначала отнеслись к нам настороженно, но постепенно успокоились. А потом даже осмелели, как только поняли, что никто не заберет их у родителей. Девятилетняя Олеся даже бойко подсказывала маме размер обуви для себя и братьев, когда я записывала эти данные в свой блокнот. А десятилетний Андрей и тринадцатилетний Виктор показали мне свою комнатушку размером с купе. Спят мальчишки на самодельной двухъярусной кровати, которую для них смастерил отец. В этой комнатенке с замызганным маленьким окошком даже днем темно. Мальчишки готовят уроки в комнатке, где спят родители и Олеся. Она не намного больше «детской», но здесь хотя бы есть стол.

Елена Евгеньевна пообещала, что попробует получить для ребятишек одежду и обувь через специальный Красноярский фонд. Но я все-таки надеюсь, что среди наших читателей найдутся небезразличные люди. Вдруг кто-то сможет поделиться одеждой и обувью в хорошем состоянии? Олесе нужны теплые сапожки 34 размера, зимняя куртка и теплые штаны, Андрею - зимние ботинки 35 размера, штаны или брюки, Вите - зимняя обувь 41 размера и теплые штаны. Одежду для ребятишек Махотенко можно передать через Центр семьи «Уярский» (телефон 21-3-87).

Как я поняла, у супругов Махотенко напрочь отсутствует жизненная активность. Они даже с нами разговаривали довольно апатично, хотя обычно в подобных ситуациях родители из категории СОП (социально опасное положение) горячо обвиняют в своем положении всех и вся. Наталье Викторовне и Андрею Викторовичу очень повезло, что у них есть такая родственница как Вера Овчинникова. Если бы не она, то Махотенко с их «синдромом амебы» пришлось бы очень туго. Эта удивительная женщина не бросила своих бедствующих родственников, пытается им помочь.

На следующий день Вера Григорьевна вместе с супругами Махотенко побывали в администрации района, у Елены Самойловой. Елена Евгеньевна дала им список документов, которые необходимо собрать для получения материальной помощи на ремонт крыши. Сейчас вся надежда на стойкость и терпение Веры Овчинниковой, без которой Наталья Викторовна и Андрей Викторович не смогут довести дело до логического завершения. А еще я очень надеюсь на доброту и сострадание наших читателей. Детям, не виновным в несостоятельности своих родителей, действительно нужна помощь.

Ольга БЕЗГОДОВА

Комментариев нет:

Отправить комментарий