ТО, О ЧЁМ МЫ, ВОЗМОЖНО, ЗАБЫЛИ…

В ПРЕДДВЕРИИ 100-ЛЕТИЯ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ БИБЛИОТЕКАРИ УЯРА ОРГАНИЗОВАЛИ ПОЗНАВАТЕЛЬНУЮ ЭКСКУРСИЮ ПО ГОРОДУ

«Мы стоим на месте, которое раньше называлось «Расстрельное поле», здесь убивали людей…» С этих слов началась экскурсия, которую провела недавно заведующая историко-краеведческим отделом Межпоселенческой библиотеки Екатерина Алёхина. Эта экскурсия посвящалась событиям столетней давности, периоду страшной, кровавой и бесчеловечной гражданской войны. 

ПРОШЛОЕ С НАМИ

Нас, экскурсантов, собралось у водонапорной башни человек двадцать. В ожидании начала ознакомительного мероприятия мы смеялись, обменивались шуточными репликами, гадали, пойдёт дождь или нет. Предполагалось, что на эту экскурсию придут учащиеся городских школ. Но дул холодный ветер, а свинцовое небо набухало тучами. Видимо, дети и педагоги решили остаться под школьной крышей. Однако на экскурсию всё-таки пришли представители среднего и старшего поколения – общественники и жильцы дома-интерната для граждан пожилого возраста и инвалидов «Уярский». А ещё моё внимание привлекли девушка и двое юношей – знатоки районной игры «Что? Где? Когда?» из команды Уярского сельскохозяйственного техникума. Я очень обрадовалась, что они пришли, ведь мероприятие задумывалось, прежде всего, для молодого поколения.

Экскурсия проводилась в рамках реализации проекта «Прошлое всегда с нами» краевой грантовой программы «Социальное партнёрство во имя развития». 

Первый же исторический факт, озвученный Екатериной Алёхиной, сразил нас наповал. Речь о «Расстрельном поле» у водонапорной башни. Это красивейшее место в городе, мимо которого все мы проходили бесчисленное количество раз… И вот теперь мы узнаём, что здесь около сотни лет назад убивали людей. Вернее, представители старшего поколения это наверняка знали и раньше, люди среднего возраста, возможно, знали, но забыли. А вот для молодёжи – это откровение.

– В октябре 1917 года свершилась Великая Октябрьская революция, – сказала Екатерина Петровна. – Это случилось 27 октября или по новому стилю 7 ноября. Скоро эта весть долетела до Красноярска, а затем о ней узнали и в Уярском районе…

В этом месте Екатерина Алёхина сделала отступление от темы гражданской войны и кратко напомнила историю нашей малой родины. Она рассказала, что сто лет назад на месте нынешнего Уяра было два поселения: село Уярское и рабочий посёлок Клюквенный. В селе люди занимались крестьянским трудом, а в посёлке жили рабочие, обслуживающие железнодорожную станцию «Клюквенная».

– Сменился государственный строй, были созданы Советы крестьян и рабочих, – продолжила рассказ Екатерина Петровна. – Для большинства населения это было непонятно. Веками устоявшийся строй рухнул! Что делать? Кого слушать? Как вы думаете, чем привлекли людей на свою сторону Советы крестьян и рабочих? 

Участники экскурсии наперебой стали предлагать свои варианты ответов. И почти все они оказались правильными. Да, были объявлены декреты о земле («земля – крестьянам») и о мире (четвёртый год Российская Империя участвовала в Первой мировой войне). 

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

– Наступил 1918 год, сибиряки встречали первую «невоенную весну», – знакомила экскурсантов с давней историей Екатерина Алёхина. – Демобилизованные солдаты, истосковавшиеся по простой мужицкой работе, с радостью шли за плугом. Прикидывали, какого нынче надо ждать урожая. Но недолго им пришлось наслаждаться мирной жизнью. В мае восстали против советской власти белочехи и недовольные новым порядком белогвардейцы. А те, кто был за советскую власть, стали называться красногвардейцами. Так началось великое противостояние – гражданская война…

Затем Екатерина Петровна задала всем нам вопрос: «А как у нас в районе оказались чехи и словаки?» И сама рассказала об этом очень интересном факте. Чехи и словаки в годы Первой мировой войны перешли на сторону России. Они мечтали в составе русской армии добиться освобождения своего отечества от ненавистной им габсбургской династии. Но в России произошла революция. К власти в нашей стране пришли большевики, и один из первых декретов был – «О мире». Чехов и словаков отпустили домой, они стали возвращаться к себе на родину. И это был долгий путь. Западное направление исключалось, оставался только один вариант – через Сибирь на Дальний Восток по железной дороге. А затем – кораблями из Владивостока через три океана в Европу. Чехи и словаки, передвигавшиеся небольшими эшелонами на восток, вначале не вызывали у местных властей опасений. Было известно, что они, как бывшие военнопленные Первой мировой войны, возвращались к себе на родину через восток. Это было разрешено советским правительством при условии, что их войска будут разоружены в Пензе. Но этого не произошло, и они двигались по стране вооружёнными.

ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНАЯ

– 40-тысячная армия чехов и словаков растянулась по всей Транссибирской магистрали от Москвы до Владивостока, – продолжила рассказ Екатерина Алёхина. – Они дали клятву о невмешательстве в дела российские, но клятву свою не сдержали и перешли на сторону белогвардейцев. В Сибири белое движение возглавлял Колчак. Белогвардейцы захватили города Ачинск, Мариинск. Пали города Боготол, Канск, станция Иланская. Красноярск оказался в окружении колчаковской армии. Наступление началось со стороны Канска. И самой большой преградой на пути колчаковцев к Красноярску была наша с вами станция Клюквенная. На станции рабочие создали свой красногвардейский отряд. Возглавил его железнодорожный комитет. В его состав вошли красногвардейцы Баранько, Макутин, Лаврищев, Брыленко. Между станцией Клюквенной и селом Уярским был пустырь. Там вырыли окопы и защищали Уяр перешедшие на сторону красных венгры-мадьяры, которые были интернационалистами. И то место, где проходили венгерские окопы, было названо в их честь – улицей Интернациональной… 

Мы все стояли и слушали Екатерину Петровну, буквально затаив дыхание. Такие события происходили в Уярском районе! И такое большое значение имел наш район в годы гражданской войны!

– Другой отряд возглавили братья Карасёвы, – сказала Екатерина Алёхина. – Три артиллерийских орудия и пулемётная часть находились на Пятницкой горе. Пулемёты стояли на колокольне Спасо-Преображенской церкви. Первый бой состоялся у разъезда Громадский 12 июня 1918 года. Уярским защитникам удалось остановить бронепоезд, пустив навстречу паровоз. Но силы были слишком не равны. После жестокого боя красноармейцы отступили, и бой продолжился недалеко от места, где мы с вами сейчас находимся. До сих пор остались следы от тех боёв на уярской земле. Это заросшие травой окопы, а земля продолжает отдавать потомкам гильзы, патроны… А 50 лет назад здесь находили винтовки и снаряды. 

Одна из участниц нашей экскурсии подтвердила этот факт. Она рассказала, что когда была маленькой, её соседи нашли в своём огороде снаряд. И сначала не могли понять, откуда он взялся…

ВАГОН СМЕРТИ

– Началась кровавая страница в истории нашей страны, – печально сказала наш экскурсовод. – Карательные отряды жестоко расправлялись с захваченными ранеными красноармейцами, сочувствующими советской власти, и всеми, кто пытался протестовать. Почему же большинство населения поддержало красноармейцев? Дело в том, что с крестьян требовали подати за все годы войны, молодёжь насильно забирали в белую армию, отнимали лошадей, фураж, продовольствие…

Екатерина Петровна рассказала о вещах, которые просто в голове не укладываются и от которых мороз идёт по коже:

– Особенно жестоким был отряд Красильникова, который не щадил никого – ни детей, ни женщин, ни стариков. Этот отряд стоял на станции Клюквенной и хозяйничал в округе. Вот за этим домом, на железнодорожных путях, стоял «вагон смерти»…

Экскурсовод указала на жёлто-белый двухэтажный дом. Раньше это было, кажется, общежитием для железнодорожников. И меня снова кольнуло в сердце осознание того, как же всё это было страшно. «Вагон смерти» на нашей железной дороге, недалеко от здания вокзала…

– Там допрашивали, а потом казнили всех неугодных, – сказала Екатерина Алёхина. – Только за один день, по воспоминаниям старожилов, были расстреляны более восьмидесяти человек. Хоронили их в тридцати гробах, складывая в гроб по два-три человека. Приговорённые перед казнью сами вырыли могилу. Большую, одну на всех. Она находилась возле водонапорной башни. То есть на этом самом месте, где мы сейчас стоим. В эту же большую братскую могилу затем скидывали всех расстрелянных или повешенных позже. Сопротивление «белым» властям нарастало с каждым днём. Слухи о жестоких расправах поползли от дома к дому. В 40 километрах от Уяра, в селе Перово (ныне Партизанск), и в станице Степной Бадисей организовываются партизанские отряды. Повсюду сельские сходы решают: податей не платить, молодёжь в армию не посылать. Так образовалась Степно-Бадейская партизанская республика. Началась партизанская война. На территории нашего района штаб партизанского движения находился в селе Толстихино. А в селе Семёновка расположился штаб белогвардейцев. Деревни Николаевка и Новониколаевка были в центре этих страшных событий. Бои шли один за другим. Расстрелы, порки шомполами, казни через повешение... Все эти селения были почти стёрты с лица земли.

ВСПОМНИТЬ ВСЁ

Екатерина Алёхина привела статистические данные. Всего в Енисейской губернии было сожжено 130 сёл и деревень. Разорено 14 тысяч крестьянских хозяйств. Замучано, расстреляно, повешено свыше 10 тысяч рабочих и крестьян. Затем экскурсовод зачитала нам рассказы жителей деревни Ново-Александровки и Ново-Пятницкой.

Татьяна Степановна Горелова из Ново-Александровки вспоминала: «Когда колчаковцы пришли в деревню, то объявили о мобилизации молодых мужиков и парней в белую гвардию. Стали требовать с мужиков деньги, забирали лошадей, овёс. Кто пытался сказать что-то против, получал плетей. Самогон лился рекой, пьяные солдаты искали развлечений. Но к тому времени молодых девок и парней родители увели в тайгу под Громадск. Там они жили до глубокой осени, боялись возвращаться в деревню. В лесу не разводили костров, опасались, что их найдут. Искусанных комарами и мошкой, их трудно было узнать. Еду тайком им носили родственники по ночам. А ещё в пищу шли ягоды. Костры жгли только в пещерах или в углублениях вывернутых с корнем деревьев. И то, старались делать это как можно реже. С наступлением холодов начали болеть. К этому времени узнали о партизанах, и несколько парней ушли к ним…»

Воевал в партизанах и брат Татьяны Степановны Гореловой – Василий. Затем в одном из боёв он погиб. 

Екатерина Алёхина зачитала ещё одно воспоминание от жительницы деревни Ново-Пятницкое – Марии Матвеевны Иваниной. Её отец был первым учителем в деревне. Когда пришли колчаковцы, им с сестрой Анной пришлось бежать из Ново-Пятницкого. Отец входил в состав созданного Совета, был грамотным и вёл многие дела. Староста деревни написал список сельских активистов, но они все успели уйти. Отец Марии Матвеевны остался дома, его не тронули. Но его дочерей, Марию и Анну, решили отдать солдатам. Девушек спасла дочь старосты, которая была их подругой. Босиком, по уже выпавшему снегу она прибежала и давай кричать: «Дядя Матвей, девок прячь! За ними сейчас солдаты придут!» Но вывезти девушек из деревни времени уже не было. Слышались пьяные голоса идущих на расправу людей. И тогда отец с женой (которая была им мачехой) спрятали дочек. Миниатюрную Анну запихали в собачью будку, привязав поближе собаку, которая яростно лаяла на всех незнакомцев. А Марии надели на голову мешок и закопали её в навозную кучу. Белогвардейцы искали их долго, заглядывали в подпол, погреб, проверили все надворные постройки, штыками искололи всё сено. Отстегав плетями отца, они ушли. Под утро мачеха увела девушек к своим родственникам в тайгу, в глухую деревню, где не ступала нога колчаковцев. Находились они там долго, были в этой заповедной деревушке и беженцы из других деревень…

КЛАДБИЩЕ В ПАРКЕ

Вот такие истории. Екатерина Алёхина пригласила всех пройти в городской парк, к памятнику борцам за советскую власть. И тут хлынул дождь. Тем не менее, мы успели узнать, что этот памятник был установлен, по одним данным, в 1962 году. По левую сторону от Уярского Дома культуры находилось маленькое кладбище с примерно 40 могилами. Там были похоронены жители района, погибшие от рук колчаковцев и белочехов. Около 25 могил принадлежали людям, которые погибли в наступательных боях с убегающими белочехами. Затем там хоронили тех, кто погиб от рук кулаков в двадцатые-тридцатые годы. Последнее захоронение случилось в 1949 году. Там был похоронен капитан милиции Александр Михайлович Мырзин. Памятники были деревянные – четырёхсторонние столбики, выкрашенные в синий цвет. В 1967 году могилы были в плачевном состоянии, поросли бурьяном. Старожилы рассказывают, что в 1967 году было осуществлено перезахоронение. Останки погибших сложили в коробки, напоминающие размером и формой коробки из-под обуви. Перевязали их красными лентами. За памятником «Борцам за Советскую власть» было углубление в виде ниши. Туда и поместили эти коробки. А затем рабочие сделали нечто похожее на саркофаг позади памятника и всё замуровали. Останки революционеров и сегодня покоятся в городском парке…

И всё это – только малая часть тех событий, которые происходили на нашей земле. Мы можем узнать о них больше, если только захотим.

Ольга БЕЗГОДОВА

Комментариев нет:

Отправить комментарий